В Ташкенте, на сцене Академического русского драматического театра Узбекистана, состоялся показ  спектакля-балета «D 7 modern danсe» в постановке  Олимджона Бекназарова - нашего земляка, ныне   танцовщика и балетмейстера из  Королевства Нидерланды. 

Постановка - результат мастер-классов, проведённых   Олимджоном  Бекназаровым в Ташкенте, в Высшей школе национального танца и хореографии.  

Чтобы понять, что такое танец модерн (modern danсe), обратимся к его истории. А потом, умудрённые познаниями, вернемся к разговору о спектакле.

«Только жест, освобождённый от условности и стилизации (в том числе музыкальной), способен правдиво передавать все нюансы человеческих переживаний», - утверждал известный французский педагог и теоретик сценического движения Франсуа Дельсарт.   

Его идеи в начале ХХ века подхватили американские танцовщицы Лои Фуллер и Айседора Дункан. 

  В свете разноцветных прожекторов, облачившись в  огромные развевающиеся покрывала,  Лои Фуллер показала в 1892 в Париже танец «Серпантин» -  эффектное сочетание свободных телодвижений, стихийно порождаемых музыкой.

 Но основоположницей танцев модерн всё же правильнее будет считать Айседору Дункан. Она проповедовала  обновлённую античность и стала провозвестницей «танца будущего» - естественного по формам, свободного от театральных, исторических и бытовых условностей.  

Эта выдающаяся балерина видела источник вдохновения в природе. Не сковывая себя  какой-либо хореографической системой, выражала в танце свои  личные чувства, воплощая  героические и романтические образы, которые находила в близкой этим направлениям  симфонической и камерной музыке.

Простота хореографии и  ограниченный набор движений и поз, тем не менее, позволяли Дункан передавать  в своих выступлениях весь спектр чувств и движений души, окрашивая их поэтикой современного танца, в котором угадывались отголоски античности,  перенесенной в стиль современного танца. Она выходила на сцену без традиционного балетного костюма, босиком, и,  её простые движения были  исполнены поэзии.

Дункан не сумела оставить искусству завершенной школы танца модерн, но она  заложила его основы и  оказала большое влияние на танцоров,  сопротивлявшихся академическим догмам хореографии. Под её влиянием в России, к примеру,  возникли студии свободного или, как его называют,  пластического танца и музыкального движения модерн. 

На  формирование нового направления в хореографии не могла не оказать влияния и ритмика - система Э.Жака-Далькроза, который ратовал за  аналитичность, внеэмоциональность  отражения музыки в танце.  Танец  - не произвольная трактовка музыкальной темы, считал он. Разные части тела – своего рода  пластический контрапункт, а движения – музыкальные голоса.

Ритмопластический танец Э. Жака-Далькроза с его безраздельным господством  музыки над танцем был во многом противоположен школе Дункан.  

    Ведущим теоретиком танца модерн можно считать австрийского хореографа  Р. Лабана . В  1925 году он создаёт постановку «Мерцающие ритмы», в которой танец представлен… без мызыки!  В основе его универсальной концепции танцевального жеста, изложенной в 1928 году в книге  «Кинетография», лежат философско-эстетические учения  древней Индии, пифагорейцев и неоплатоников. Художественно осмысленное движение, полагает Лабан,  должно быть выражением внутренней жизни танцора, а не отражением музыкальных образов.  

   Последователи Лабана называли себя представителями  «выразительного танца». Ученик Лабана Курт Йосс  создаёт новый танцевальный театр. Используя сценографию, музыку, хоровую декламацию, он возродил традиции мистерий и  культового театра, находя в них стимулы, возбуждающие «энергию движения тела». Танцевальная пластика, полагал он, - главное, если не  единственное средство создания художественного образа, и выразительность движения   необходимо соединить с техникой классического танца и не балетной пантомимы. 

Йосс   первым создаёт  балет  на  политическую и антимилитаристскую тему. 

  Ученица Лабана, немецкая танцовщица и хореограф Мэри Вигман, еще более расширила тематику балетных постановок и оказала большое воздействие на развитие танца модерн. Она   отказалась  от традиционного понимания красоты танцевальных движений,   воплотила в танцах даже уродливое и страшное. Постановки Вигман «Жалоба»,  «Жертва», «Танцы матери» и «Семь танцев о жизни»  отличают экспрессия,  напряжённость, динамизм.  Её героини передают в танце одержимость, страсть, страх, отчаяния, смерть - символы общечеловеческих эмоций.

Ученицы  Вигман  развили её идеи:  одна из них, Ханя Хольм,  распространила их в  США, а  другая - Грета Палукка, обращалась не только к  мрачным и трагическим образам, но и юмористичным, просветлённым, лирическим, вернув на сцену музыку Б. Бартока, Р. Штрауса, И. Брамса, Г. Ф. Генделя, стала использовать в танце модерн  технику высоких прыжков.

К первой трети ХХ века в танце модерн выделились  два ведущих направления, развившиеся в искусстве ХХ века.   Одни хореографы следовали эстетике экспрессионизма, считая выражение субъективных переживаний хореографа основой  творчества. Эту хореографию (её крайним выражением стал «абсолютный танец) отличали изломанные линии движений и внетанцевальные элементы, огрублённость форм, акцент на бессознательном.  В групповых постановках последователей экспрессионизма каждому исполнителю, в зависимости от его индивидуальности, можно было развивать самостоятельный пластический мотив в танце. 

Второе направление танца модерн (Шлеммер, Германия) сложилось под влиянием  конструктивизма и абстракционизма. Форма в нём заменила содержание танцевального образа. Танец рассматривался как точно выверенная конструкция. Тело исполнителя в его «танцевальной математике» (так называл Шлеммер свою хореографию) следовало «чисто кинетическим формулам», танец напоминал движения механизмов. Эти массовые ритмопластические композиции -  «танцы машин», словно имитировали  работу механизмов. Лишенные эмоций, они больше напоминали гимнастические, нежели танцевальные.  

Труппы modern danсe с начала 60-х годов прошлого века созданы  в Аргентине, Бразилии, Гватемале, Колумбии, а на Кубе даже сложилась своя школа ( Р. Герро и Альберто Алонсо).   Традиции американского и мексиканского танца модерн дополнили негритянские этнические мотивы.

Известные европейские учебных центров танца модерн  - «Палукка-шуле» (Дрезден, ФРГ) и «Фолькванг-шуле» (Эссен, ФРГ),  Шведский танцевальный театр (Б. Кульберг и И. Крамер), Нидерландский театр танца, Печский балет (Венгрия). «Батшева» и «Инбал» (Израиль), Танцевальная труппа культурного центра искусств (руководитель А. Рейес, Филиппины) и другие.

Их отличает приверженность  американским или немецким школам танца модерна, обращение к определённому национальному фольклору и не балетной пантомиме,  степень владения  классической хореографической техникой. 

Влияние танца модерн мы видим и в творчестве балетмейстеров ХХ века -  Горского,  Фокина, Нижинского, Баланчина и  Григоровича. Это были скорее элементы, а не система,  у этих балетмейстеров  были иные концепции. Поиск своего языка в хореографии  шёл постоянно, особенно в западных школах.

Во второй половине прошлого века даже  в странах с вековыми традициями классики в хореографии пробудился интерес к modern danсe. В Лондоне открылся центр по изучению танца модерн и создан Лондонский современный театр танца . Во Франции  - труппа Балетный театр Жозефа Руссильо.  Балетные труппы «Балле Рамбер» в Англии  и парижская Опера стали включать в свой репертуар постановки в стиле modern danсe . При парижской Опере работает экспериментальная групп  Театр исканий по руководством . К. Карлсона. Известны такие  коллективы modern danсe  как Балет города Печ из Венгрии, труппы Алвина Эйли, Хосе Лимона, Кубинский ансамбль современного танца, Танцевальный ансамбль Крамера, Театр танца культурного центра Филиппин, Ансамбль танца под руководством Пола Тейлора, Балетный театр Жозефа Руссильо – всех не перечислить.

 Не пришло ли время подумать о создании группы modern danсe в Узбекистане?

Судя по успеху спектакля-балета  «D 7 modern danсe» -  совместного проекта Высшей школы национального танца и хореографии и Фонда культуры «Silk Bek» Королевства Нидерланды, наша  республика способна не отставать в развитии хореографического искусства от планеты всей. Особенно сегодня, когда второй сезон балетная труппа ГАБТ имени Навои лишена родной сцены для показов спектаклей классического репертуара. Может, сама судьба ведёт ташкентский балет по пути modern danсe? Это не означает отказа от классики, без которой балет - не балет, но и современная  хореография, уверена, найдет в Ташкенте горячих приверженцев и поклонников.  

Наш земляк, ныне успешный западный хореограф  Олимджон Бекназаров специально прибыл  из Голландии (Королевство Нидерланды), чтобы осуществить проект «D 7 modern danсe» в Ташкенте. Уроженец Бекабада, выпускник Государственного университета культуры и искусств в Санкт-Петербурге, он продолжил совершенствование своего мастерства в Роттердамской  Академии танца. Живет в Роттердаме свыше 20 лет, успешно проявив себя как артист балета и постановшик спектаклей  modern dance.Это не первая его постановка в Узбекистане, два спектакля («Лучи надежды»и   «Колыбельная для планеты») мы когда-то видели на сцене ГАБТ. 

Техника танца модерн, знание балетмейстером узбекских традиций,  культуры и  искусства могут, на наш взгляд, дать интереснейшие   решения для будущих постановок.

Дело за поддержкой. Зрительская - получена, осталось подкрепить устремления хореографа и исполнителей поддержкой на официальном уровне.

Кому, как не публике предоставлена полная свобода в выражении своего мнения? Завоевал ли вас   modern danсe? И готовы ли артисты ташкентской  балетной школы завоевать его?

Кроме аплодисментов для выражения своего мнения у нас есть возможность оставить комментарий. 

Статьи о спектакле 

Вечер модерн данса

Спектакль-балет «D 7 modern danse» под руководством Олимджона Бекназарова

Фото с интернетсайтов (ссылки в тексте) и  podrobno.uz